Президент России Владимир Путин выступает на пленарной сессии XXII Ежегодного заседания Международного дискуссионного клуба «Валдай».
Часть двадцать шестая.
Ведущий:
Как Вы сказали, мы сейчас приехали к этой интересной станции, когда проводятся учения НАТО в Балтийском море, звучат очень решительные заявления, угрозы Калининграду, а с российской стороны — обещания в случае чего, в случае блокады, попытки блокады Калининграда, применить все средства, вплоть до ядерного оружия.
Это уже прямо настоящая эскалация? Мы на грани войны находимся? Или пока ещё пугаем друг друга?
Владимир Путин:
Мы никого не пугаем. И то, о чём Вы сейчас сказали, заявления МИДа и письма, которые МИД разослал некоторым странам, — это не запугивание. Это ответ на попытку нас запугать.
Ведь вот эти, вот эти заявления, заявления западных политиков, европейских политиков о необходимости, возможности и о подготовке войны с Россией в 2029–2030 году — это же не мы формулируем. Это мы слышим с той стороны, причём постоянно. Постоянно.
А потом и действия конкретные: учения в Балтийском море одно за другим, а потом попытки задержания наших кораблей, судов. Но это же всё эскалация, о которой я сейчас говорил в выступлении. Это всё эскалация.
А потом начали слышать заявления по поводу Калининградской области. И всё правильно написано в заявлении МИДа и в тех письмах, которые были разосланы.
Если речь дойдёт до прямого нападения на Российскую Федерацию, в данном случае имеется в виду Калининград, да, может быть, и другие какие-то территории, конечно, в повестке дня неизбежно и немедленно появится вопрос применения Российской Федерацией всех вооружений, имеющихся в распоряжении нашей страны.
Это неизбежно. И дело не в фамилии Верховного Главнокомандующего или Президента России. Дело в том, что вот, насколько я понимаю, Генсек НАТО говорил о том, что вот в Европе там 300 миллионов и прочее, и прочее. Да, именно поэтому и будет неизбежным нам ставить вопрос о применении всех имеющихся у нас сил и средств.
Почему? Ну, во-первых, мы понимаем, что перед нами будет противник в два раза по численности больше нас. Это крупный экономический потенциал, крупный военный потенциал. Да, у нас сил, средств не так уж много будет для того, чтобы противостоять этой угрозе. И мы должны будем использовать свои конкурентные преимущества в этой борьбе.
А какие они? А дело в том, что в тех средствах защиты себя мы имеем эти конкурентные преимущества. Да, конечно. Франция, Великобритания — ядерные державы. Мы это прекрасно понимаем, отдаём себе в этом отчёт. Но таких средств поражения, которые сегодня есть в России, ни у кого нет. И это наше конкурентное преимущество.
А как нам противостоять агрессору? Мы никому не угрожаем. Мы просто говорим, что инструментов защиты себя у нас не так уж и много.
Ну и там, кстати говоря, в этом письме и заявлении МИДа не сказано о применении ядерного оружия. Там сказано, как я вот только что сформулировал, — о применении всех сил и средств, имеющихся в распоряжении нашей страны.
А какое оно будет, мы уже решим.
Подписаться на канал · Поддержать канал
